RUS
EN
 / Главная / Публикации / Юрий Милославский: Русский мир – это иное именование Русской цивилизации

Юрий Милославский: Русский мир – это иное именование Русской цивилизации

Юлия Горячева05.03.2018




Живущий в США русский писатель и публицист Юрий Милославский рассказал нашему корреспонденту о путях сохранения своего языкового багажа в эмиграции, о Русской церкви за рубежом и своём видении современного Русского мира.

–  Юрий Георгиевич, вы долгие годы живёте за рубежом и при этом прозу начали писать именно здесь, за пределами России. Почему? И как повлиял на вас и ваше творчество эмигрантский опыт?

– Пребывание вне русского культурного, – лучше бы сказать, опираясь на формулу великого Николая Сергеевича Трубецкого, – вне дружественного лингвокультурного контекста развило во мне крайнюю внимательность к родному языку и скупость – почти болезненную, так сказать, почти плюшкинскую. Об этом диагнозе я чуть подробнее упоминал в очерке Aquae et ignis interdictio («Лишённые воды и огня»). Сразу же, на всякий случай напомню, что «лишение воды и огня» – это уголовное наказание, предусмотренное римским правом: означает изгнание из пределов Рима. 

Суть моих соображений состояла в том, что, будучи в этом самом изгнании, я с голодухи стал примечать и охотно пользоваться такими мелкими языковыми чешуйками да лушпайками, на которые в отечественном изобилии не обратил бы внимания. Так что в этом смысле пребывание за пределами Отечества пошло мне на пользу. 

Но мой очерк касался не столько словесности, сколько истинной природы нашего изгнанничества. Пора было признать, что огромное множество тех, кто уехал за границу, в сущности, вовсе не были лишены воды и огня на Родине, но «самоизгнались», надеясь на зарубежные огонь и воду лучшего качества. Я не касался – и теперь не касаюсь – причин подобного выбора. И уж само собой, не дерзаю дать таковому выбору какую бы то ни было нравственную оценку. На вопросы о том, почему уехал я, отвечаю немедленно и готовно: по глупости.  

Я бы хотел чуть обсудить проблематику «самоизгнания по глупости».  В таких случаях всё ещё принято пенять на воздействие внешней пропаганды, превосходно разработанной специалистами «Гарвардского проекта». 

Как бы то ни было, «Гарвардский проект» в этом году празднует своё 70-летие. Но наш «нижний господский слой» (так я, вслед за С. А. Рачинским, именую российскую интеллигенцию), начиная чуть ли не от первых дней своего появления на исторической арене, – как сформировалось в нём неприятие Русской цивилизации? 

Этот культурно-психологический разлом нашего бытия возник постепенно, исподволь, в соприкосновении ранних российских элит с иной цивилизацией – западной, европейской. Для поумнения – опамятования и излечения – потребовалась шоковая терапия эмиграции в сочетании с отечественными 90-ми. И, разумеется, воля Божия. Я счастлив тем, что сподобились опамятоваться мои старшие товарищи по оружию: Владимир Максимов и Андрей Синявский. А я последовал за ними.

– Выступая перед участниками форума «Русский мир: настоящее и будущее», вы подчеркнули значимость работы с церковно-приходскими школами за рубежом.  Вы являетесь иподиаконом православной церкви в юрисдикции Русской зарубежной церкви, состояли ответственным редактором ежемесячника «Нью Іоркъ Православный», преподаёте в  церковно-приходских школах… Как именно вы предлагаете организовать этот процесс? 

 – Начну с того, что действительное сохранение за пределами России того, что зовется русскостью, невозможно вне Церкви. Подтверждение тому – многолетняя практика эмиграции. Но существует и специальное исследование, подготовленное профессором университета штата Нью-Йорк Надеждой Киценко. 

Всё русское, если это не магазины «русских продуктов», сегодня находится в ограде Русской церкви, что, однако, не превращает её в «клуб по интересам». И это лишь соответствует русской исторической реальности, в которой без Церкви все обмирает

Никакие общекультурные соображения благородному делу этому хоть сколько-нибудь помочь не могут, родители тоже бессильны. Их русский язык, их воспоминания, их библиотеки, если они ещё не исчезли при переездах, – всё это детьми усваивается достаточно неохотно. Просто потому, что никаких внешних стимулов-причин сохранения русскости нет. Скорее, напротив. Это, как говорится, «непрестижно». 

Культуросохраняющие стимулы должны сохраняться внутри общины, а русской эмигрантской общины за русскими пределами более не существует, да она и не существовала на Западе в том роде и виде, как община итальянская или, скажем, греческая. Всё русское, если это не магазины «русских продуктов», сегодня находится в ограде Русской церкви, что, однако, не превращает её в «клуб по интересам». И это лишь соответствует русской исторической реальности, в которой без Церкви все обмирает. Ведь даже русские богоборчество и «антипоповщина» возможны лишь в присутствии Церкви, а иначе с кем бороться, кого отрицать, кого ругать последними словами? 

Я занимаюсь церковно-приходскими школами почти два десятилетия. И знаю, что приход Русского зарубежья, в котором о своей школе не радеют, обречён на постепенное исчезновение. Но не для всех приходов сегодня это в достаточной мере возможно, и дело здесь часто не в скудости приходской кассы. 
Поэтому я полагаю, что культурные центры «Русского мира», обыкновенно организуемые при колледжах и университетах, в США и Канаде, стоило бы организовывать и при храмах, где существует достаточно мощная церковно-приходская школа, а уж оттуда распространять свою деятельность и на иные церковно-приходские школы данного благочиния или данной епархии. Разумеется, эти центры могут и должны быть устроены иначе, нежели привычные нам университетские. Но это уже предмет не для общих рассуждений, а для работы.  

– Вы лауреат Горьковской литературной премии 2016 года в номинации «Русский мир» за книгу документалистики «Что мы с ней сделали» (Читатель понимает, что  речь идет о России, да вы только что сами это подтвердили). Что означает понятие Русский мир для вас?  Как, цитируя  классика,  сегодня «обустроить» Россию? 

– Русский мир – это иное именование Русской цивилизации. Еще Шпенглер во втором томе «Заката Европы» рассматривает Россию как особый культурно-исторический мир, который нельзя смешивать с Западной Европой.  Поэтому цивилизация европейского Запада (а в последние два века – и Северная Америка) вполне естественно и, так сказать, законно воспринимают русское как чуждое, «не своё». И нам следует, наконец, восприять это как данность, как волю Божию о мире, перестать навязываться, огорчаться и обижаться. 

Осознание этого необходимо как для выстраивания отчётливой политики внешней, так и для «укрепления тылов» в политике внутренней. Мы сами должны как можно скорее избавиться от опасных иллюзий, и тем самым способствовать, чтобы такие же иллюзии не овладели нашими соседями. 

Старый русский монархист, один из столпов Имперского Союза-Ордена, крестьянский сын Василий Криворотов, обитавший в Латинской Америке, в 70-х годах ХХ века рассказывал о своём разговоре с неким эсэсовцем-интеллектуалом летом 1941-го. «У нас в генеральном штабе ни перед Первой мировой войной, ни теперь не было и нет ни одного офицера, который бы не интересовался вашей русской литературой. Ваши Толстой, Достоевский, да и другие давно уже свидетельствуют о том, что в России нет крепкой ведущей верхушки и национально-сознательной интеллигенции. Ваша революция подтвердила ещё больше это наше убеждение, и мы без сомнения и легко передвинем нашу восточную границу по меньшей мере до Урала». 

Штабные убеждения оказались ошибочными, и дубина народной войны, которую невнимательные эсэсовские аналитики пропустили у Толстого, своё дело сделала. Но какой ценой! После сотрясшей Русский мир катастрофы 1985–2000 годов нам следует внимательно следить, чтобы новые, столь же невнимательные и столь же самоуверенные аналитики, вновь не истолковали ошибочно какие-нибудь шедевры нашей словесности. 

Недавно ушедший от нас русский дипломат Валентин Фалин в 1991 году написал: «первейшей заботой каждого, кто принимает на себя ответственность за будущее страны, должна быть консолидация общества. Горчаковское "Россия, сосредоточивайся!" актуально как никогда. Сосредоточивать помыслы, энергию и усилия на созидании и возрождении, на примирении себя с собою. Иначе России не воспрянуть». 

Светлейший князь Горчаков, канцлер Российской Империи, в действительности не изрекал эти свои крылатые слова в повелительном наклонении, но Валентин Михайлович понял их, смею сказать, верно. Итак, сосредоточение, созидание, возрождение, примирение себя с собою. Последнее – едва ли не самое главное. 

Также по теме

Новые публикации

В Сиднее состоялся премьерный показ документального фильма «Родина для ласточек». Драматическая история исхода русской эмиграции показана там через судьбу семьи православного священника, сумевшего воссоздать в далёкой Тасмании частичку Русского мира. О своих впечатлениях и работе над фильмом рассказывает режиссёр Александр Белкин.
Космическая фотовыставка «Я хочу показать вам Землю» Героя России Юрия Лончакова, открывшаяся недавно в Русском центре Немецко-русского института культуры в Дрездене, будет передана для постоянного экспонирования в Детскую клинику Дрезденского технического университета. В ней ежегодно лечатся сотни детей со всего света, страдающие самыми тяжелыми болезнями.
Делегация из России приняла участие в параде трубочистов, который собрал в итальянском городе Санта-Мария-Маджоре тысячи мастеров из 28 стран мира. Российская школа трубочистов считается относительно молодой в сравнении с рядом европейских стран, тем не менее, русские трубочисты считаются одними из лучших в мире.
Десять лет подряд начало ноября в Академии туризма в Анталии – самое жаркое и интересное время. В осенние каникулы стартует масштабный образовательный проект Международная предметная олимпиада, участники которой – школьники всех возрастов из 20 стран.
21 сентября начинается конкурс «Кубок мира по русской поэзии». Это поэтическое «соревнование», как и «Открытый чемпионат Балтии», проводится на литературном конкурсном портале Stihi.lv, создал который энтузиаст своего дела, поэт, журналист и педагог Евгений Орлов.
Перечитать «Гранатовый браслет» Александра Куприна посоветовал недавно Владимир Путин на встрече со школьниками в сочинском «Сириусе». «Как он раскрывает человека, как он красиво о нем говорит, на какие стороны души он обращает наше внимание», - сказал президент, отвечая на вопрос о любимой книге.
Очередная полемика вокруг русского языка, русских школ и русского сектора возникла в конце августа, и, как ни странно, она всё ещё продолжается в инертной форме на разных форумах и в соцсетях. Тема поддерживается еще и благодаря заявлениям некоторых официальных лиц из министерства образования.
Редакторы Центра по изучению Ирана и Евразии составили исчерпывающий список организаций, где в Иране можно изучать русский язык. В десяти иранских вузах есть кафедры русского языка. Помимо полноценных бакалаврских и магистерских программ студентам предлагаются отдельные спецкурсы на русском языке, а в Тегеранском университете даже есть аспирантура, связанная с изучением русского языка.