RUS
EN
 / Главная / Публикации / Русские судьбы на европейских погостах

Русские судьбы на европейских погостах

Сергей Виноградов16.10.2019

Игорь Егоров, обычный школьный учитель из подмосковного наукограда Пущино, уже много лет проводит свои отпуска в поездках по Европе, где он занимается поисками могил русских белоэмигрантов и разыскивает информацию о забытых фигурах русского зарубежья. Рядом всегда верный помощник – жена Ануш. К этим поискам педагог активно приобщает и своих учеников.

Статьи Игоря Егорова на исторических интернет-форумах и в СМИ, российских и европейских, вызывают большой интерес у тех, кто увлечён историей эмиграции первой волны. «Что меня волнует в этой теме? Наверное трагизм и загадочность русской истории, судеб русских людей, – рассказал он «Русскому миру». – Куда только не заносила нас судьба, где только не лежат русские косточки».

За годы своих исследований он познакомился с биографиями самых разных русских эмигрантов. Кроме счастливых. «Генералы и полковники работали таксистами и грузчиками, – говорит учитель. – В Париже и Стамбуле в 1920-е годы шофёр была русской профессией».

Игорь Егоров. На русском военном кладбище в Сент-Илер-ле-Гран, Франция.

Генерал из соседнего села

Пытаясь узнать что-то новое о русских эмигрантах, Игорь Егоров не раз сталкивался с тем, что за сведениями нужно не на самолёте лететь, а на электричке или пригородном автобусе можно доехать.

Во время своего последнего путешествия, оказавшись в Люксембурге, он нашёл могилы с русскими фамилиями на кладбище города Мертерта. Среди них исследователь нашёл захоронение генерала Михаила Ползикова. Ползиковы – фамилия известная, в особенности тем, кто изучает историю российской армии. Вернувшись домой, Игорь твёрдо решил составить биографию генерала, командовавшего крупными подразделениями в Первую мировую и Гражданскую войны, но нашедшего покой в одной из самых маленьких и спокойных стран Европы.

Выяснилось, что фамилию Ползикова можно встретить не только в книгах и архивах, но даже в автомобильном навигаторе. Деревня Ползиково Тульской губернии, в которой родился будущий генерал, существует по сей день и находится в нескольких десятках километров от Пущино, где живёт Игорь Егоров. Статью о генерале Ползикове, который блестяще проявил себя в Первую мировую, получив несколько званий и пять орденов Российской империи, опубликовал сайт «Русский Люксембург». Более того, публикация открыла новый раздел «История русского зарубежья в Люксембурге».

«Европу изъездил почти целиком»

 Историей я увлекался с детства, как и литературой, и географией, – рассказывает педагог. – Я из того поколения, которое читало книжки, искало клады. Интерес к белогвардейской теме возник, я думаю, в годы перестройки, когда появились новые тексты, документы. Бунин появился в более полном объёме, Мережковский, Гиппиус. Через символистов и наших эмигрантских писателей я ушёл в историю. Ездить я начал в 2000-х годах. Журналисты написали, что я объездил полмира. Это преувеличение. Мои поездки ограничиваются Европой – правда, её я изъездил практически целиком.

В число стран, интересных с точки зрения истории русской эмиграции, Игорь Егоров включает Францию, Германию, Люксембург, Лихтенштейн, Армению, Грузию. «Есть мечта побывать в Тунисе, где закончила свои дни Русская эскадра, и увидеть восстановленный Галлипольский мемориал в Турции. Один раз я добирался туда, но тогда там фактически была свалка» говорит он.

В Боснии

По словам Егорова, к некоторым захоронениям он едет специально, предварительно изучив вопрос, а на некоторые натыкается случайно. «Моими первыми русскими могилами за рубежом были захоронения в Финляндии, – рассказал он. – Мой однокурсник живёт в Хельсинки, и он показал мне могилы купцов Синебрюховых и русских военнопленных».

Сейчас исследователь сконцентрировался на изучении Первой мировой войны, одной из самых трагических страниц русской истории, и Гражданской войны. «Что я делаю на кладбищах? Нередко просто хожу и ищу надгробья с русскими фамилиями, записываю их, чтобы попытаться узнать о человеке и его судьбе, – говорит он. – Конечно, навещаю могилы тех, кого знаю и уважаю. И ищу захоронения людей, о которых читал. Недавно в Париже искал могилы сыновей писателя Даниила Андреева – кого-то нашёл, кого-то нет. Зато разыскал могилу Николая Булгакова, родного брата Михаила Булгакова. В двух шагах от Бунина лежит. Ещё ищу внука художника Поленова, но пока безрезультатно».

Русская Франция

Для исследователя судеб русских эмигрантов первой волны Франция – земля обетованная. «Ещё в начале 1990-х годов я купил дешёвый автобусный тур в Париж, чтобы попасть на легендарное Сент-Женевьев-де-Буа, главное кладбище русской эмиграции, – вспоминает учитель. – Огромное кладбище, настоящий город. Его посещение произвело на меня сильнейшее впечатление, я пересмотрел многие из своих убеждений. Бунин, Мережковский, Романовы, Юсуповы… Великие люди и простые русские люди – там лежат все. Я веду там поиски, но это непросто – со служащими трудно изъясняться, и книги у них неполные. Да и могилы исчезают. Когда срок аренды заканчивается и не продлевается, следуют новые захоронения на этом месте. Поэтому среди русских могил всё больше французских, китайских, вьетнамских».

Чтобы обозначить своё уважение к этим людям и принести им кусочек утраченной родины, Игорь Егоров придумал класть на могилы эмигрантов монеты из России и цветы. В прежние годы он мешками возил с собой советские монеты – копейки, пятачки. Но русских могил встречалось так много, что мешочки расходились очень быстро. «Таможенники удивились моему багажу,  вспоминает Игорь. – Я объяснил, зачем столько монет. Тогда они удивились ещё больше, но, кажется, поверили чудакам и пропустили». Сейчас он повязывает на могилы георгиевские ленточки.

На русские памятники Игорь повязывает георгиевские ленты

Отдельная часть путешествий Игоря Егорова – общение с потомками русских эмигрантов. «В большинстве своём эти люди хорошо ассимилировались, но русских корней они не забывают, – говорит он. – Многие рассказывают, что семьи их родителей и других предков жили нелегко, но не бедствовали. Представители знатных родов уезжали не с пустыми руками, их семьи жили в относительном достатке. Другие вынуждены были работать подчас на самых чёрных работах. Но в любом случае и для тех, и для других вынужденный отъезд был трагедией».

Во время одной из поездок Егоров познакомился с Татьяной Борисовной Маретт-Флоровой, одним из самых активных деятелей русской общины Франции. Случайно встретились на Сент-Женевьев-де-Буа и разговорились. «Для неё и других представителей старшего поколения Россия и русская культура были очень важны,  продолжает Игорь. – Они считали, что сохраняют русскую культуру за рубежом. Но я сталкивался с тем, что на Россию у них несколько идеализированный, пряничный взгляд. В особенности у тех, чьи родители не застали ужасы Гражданской войны и не рассказывали своим детям о тех временах. Много было встреч. Мне удалось поговорить со стариками, которые говорили на бунинском русском языке, а их внуки и правнуки играли в футбол поблизости, и по-русски могли сказать только "здравствуйте" и "до свидания"».

Об открытиях, находках и встречах на Сент-Женевьев-де-Буа Игорь Егоров может написать книгу. «Однажды ко мне подошёл француз и заговорил по-русски, – вспоминает он. – Я поначалу думал, что он денег хочет попросить. Но выяснилось, что он муж русской эмигрантки, и в тот момент ждал, когда она помолится и выйдет из храма. Он изложил мне собственный взгляд на русскую историю, очень жалел эмигрантов, было любопытно».

Автобусных туров Игорь Егоров давно не покупает. На пятом десятке сдал на права, купил машину и ездит по Европе на своих колёсах. Когда во Франции или других странах Западной Европы люди видят на госномере российский флажок, удивляются – как далеко забрались, молодцы. «Люди везде хорошие, доброжелательные, каких-то серьёзных ЧП у нас не было, –рассказывает Игорь. – Бывая в разных странах, мы, конечно, видели неприятные плакаты или журналы с антироссийскими статьями, но по отношению к себе никогда не встречали негатива по политическим причинам. На Западной Украине был неприятный инцидент, но в Польше или Прибалтике ни с чем подобным не сталкивались».

Российские школьники и иностранные друзья

Своими открытиями Игорь Егоров делится с читателями исторических форумов и своими школьниками. Те слушают с открытым ртом. Игорь преподаёт русский язык и литературу, и судьбы русских эмигрантов подчас помогают лучше объяснить биографию писателя или раскрыть скрытый смысл произведения. «На днях изучали с ребятами биографию Пушкина, а мы с женой недавно побывали в местах, где похоронен Жорж Дантес и Екатерина Гончарова, старшая сестра Натальи Гончаровой, – говорит Игорь. – На уроке я показал свои фотографии из Царского села и могилы Дантеса и Гончаровой».

Истории белоэмигрантов учитель перерассказывает старшеклассникам, стараясь донести трагизм русской истории и её противоречия. «Показываю, что в истории не может быть однозначности, и не всё так гладко, как написано в некоторых учебниках», – говорит он.

Со своим учителем ребята путешествуют по России, ближнему и дальнему зарубежью. В белорусском Бресте (вверху), в Стамбуле (внизу)

Молодёжного клуба Игорь Егоров не открывал, но сама собой родилась идея возить группу из 10-15 школьников, которым интересна эта тема, по России и за рубеж – на места, связанные с историей Первой мировой и Гражданской войн.

«Мы побывали в Германии, Чехии, Польше, Турции, Белоруссии и по России много ездили – Санкт-Петербург, города "Золотого кольца",  рассказывает педагог. – Ездим туда, где раньше сами были и можем что-то рассказать и показать. Заглядываем и на места погребений русских эмигрантов. Ребята видят – тут лежат белогвардейские офицеры, а неподалёку красноармейцы. Наглядный пример того, что история неоднозначна. Ребятам очень нравятся эти поездки, некоторые ездят по нескольку раз».

За годы путешествий Егоровы обрели друзей в разных странах Европы. Благодаря Игорю и Ануш многие из них впервые посетили Россию, некоторые – преодолевая страх.

 Прошлым летом мы уговорили наших польских друзей приехать в эту «страшную Россию»,  рассказывает он. – Муж – политолог, жена – военный психолог, прибыли с детьми. Ехали через Эстонию, боялись пересекать границу, просили их встретить. После двух недель жизни в России, посещения Москвы и Санкт-Петербурга, поляки признались, что очарованы нашей страной. Мы сами проводили экскурсии, прошли маршрутом Раскольникова. Их дочка начала изучать русский язык и уже читает Достоевского, том которого мы подарили.  

Также по теме

Новые публикации

До Нового года совсем чуть-чуть. Время в декабре воспринимается по-особенному: оно словно меняет свой привычный ритм и начинает ускоряться, концентрироваться, прессоваться. В магазинах ажиотаж (от франц. agitation возбуждение), и даже пешеходы на улицах пребывают в радостной ажитации.
Общество преподавателей русского языка в Швейцарии (ОПРЯШ) отметило полувековой юбилей. На праздник в Цюрихе в конце ноября собрались русисты из разных уголков страны. И среди них – Мария Александровна Банкул. Более 50 лет она живёт в Швейцарии, в окружении русской литературы: в доме богатая домашняя библиотека – почти семь тысяч томов.
В апреле 2019 года экспедиция «Современный этномир» Пензенского отделения Русского географического общества побывала в крупных городах Казахстана – Нур-Султане, Караганде, Темиртау, Алма-Ате и Киргизии – Караколе и Бишкеке. Члены экспедиции выясняли, как живёт русскоязычное население региона, что происходит там с русским языком и с русским культурным наследием. «Современный этномир» стала первой этнографической экспедицией РГО в Казахстан и Киргизию в постсоветский период.
15 лет работы и более 150 авторов – вышло третье издание энциклопедии «Русский язык», подготовленное Институтом русского языка им. В. В. Виноградова РАН. Впрочем, создатели энциклопедии уверены, что её можно считать новым отдельным изданием – настолько сильно энциклопедия отличается от двух предыдущих редакций. И вообще, мало у каких языков в мире есть такого рода энциклопедии.
В конце ноября Конституционный суд Латвии отказал русскоязычным детям в праве учиться на родном языке даже в частных школах. Такое решение, уверен председатель правления фонда «Русский мир», глава Комитета Госдумы по образованию и науке Вячеслав Никонов, противоречит нормам Евросоюза, приведёт к ухудшению качества образования русскоязычных детей и обострению межнациональных конфликтов.
В преддверии зимних холодов поговорим о тёплой одежде. Да не осудят нас гринписовцы, начнём с мехов, ибо без них в России в морозы не прожить. Самой распространённой на Руси зимней одеждой был, пожалуй, тулуп из овчины – длиннополая, мехом внутрь шуба с большим воротником.
Если вы до сих пор думаете, что русский стиль – это нечто из бабушкиного сундука, значит, вам срочно пора на выставку «Трын*трава» во Всероссийском музее декоративно-прикладного искусства. 18 российских дизайнеров объединили свои усилия, чтобы доказать: русский стиль – это актуально, практично и просто красиво.
В Финляндии есть место, где рассказывают об истории России ежедневно на 15 языках без перерыва на обед. Крепость Свеаборг (финское название – Суоменлинна), ныне входящая в городскую черту Хельсинки, была основана в XVIII веке Швецией, завоёвана и реконструирована  Россией, владевшей крепостью более ста лет, и перешла к Финляндии в 1917 году с обретением страной независимости.