EN
 / Главная / Публикации / Консерваторы русского

Консерваторы русского

ПАИ03.12.2021

Фото: Псковское агентство информации###https://informpskov.ru/news/373176.html?utm_source=yxnews&utm_medium=desktop&utm_referrer=https%3A%2F%2Fyandex.ru%2Fnews%2Fstory%2FPrepodavatel_PskovGU_obyasnila_pochemu_kesh_i_kheshteg_nado_pisat_chereze--b861b5f37a97e51abd76f3ad09da9bba

Зинаида Митченко, доцент кафедры филологии, коммуникации и русского языка как иностранного Псковского госуниверситета, стала гостем очередного эфира ПАИ-live. Автор и ведущий проекта Александр Машкарин расспросил филолога о возможных изменениях в своде правил русского языка, о разрыве между письменной и устной речью и об особенностях обучения иностранных студентов в российском вузе.

Новые старые правила

Поговорим о теме, которая последние две недели активно обсуждается: это проект новых правил русского языка, которые якобы не менялись 60 лет. Все этот проект горячо обсуждали, но, как я обратил внимание, по факту глобальных изменений нет. Вы как филолог и ваши коллеги на что в этом проекте свода правил обратили внимание?

– Действительно, в последние две недели это мощный информационный повод – введение новых правил орфографии и пунктуации: это не совсем правила русского языка, речь идёт именно об орфографии и пунктуации. Что всех настораживает? Слово «новые».

История формирования правил орфографии и пунктуации связана с периодом 1956 года, когда вышел первый свод правил орфографии и пунктуации. Затем был длительный период, когда эти правила не пересматривались. Но надо сказать, что это был период относительной социальной стабильности в государстве, исследования регулировались, мне кажется, более последовательно. В 2003, 2006 и 2009 годах вышел полный справочник правил орфографии и пунктуации под редакцией Лопатина, и это авторитетный источник на сегодняшний день. Получается, более 65 лет действительно эти правила не уточнялись: даже основу лопатинского издания составляет первый свод правил 1956 года.

Язык – это развивающееся явление, и мы сами – активные участники всех процессов в лексике. Появились новые реалии, новые наименования, мы ими активно пользуемся в своей речи. Но когда дело доходит до письменной коммуникации, то встаёт вопрос, как правильно написать это слово. И когда у тебя, носителя языка, существует выбор, когда этих написаний несколько, эта множественность ставит в затруднение обывателя, да и специалиста. Для нас важно, как правильно написать. Для чего это нужно? Для того чтобы обеспечить эффективную письменную коммуникацию.

Мы знаем, какая была мощная подготовительная работа. В 1991 году была создана орфографическая комиссия, куда вошли учителя, методисты, преподаватели вузов и филологи. Эта орфографическая комиссия путём наблюдения за тенденциями в разговорно-речевой стихии изучает нормы орфографии и пунктуации и их формирует.

Владимир Владимирович Путин в 2019 году поставил задачу пересмотреть правила, и он уточнял, что не должно быть вульгарного упрощения этих правил. То есть изменения не в сторону упрощения правил, а в сторону отражения объективной реальности – вот то, с чем мы сегодня сталкиваемся. Поэтому никого не должно пугать слово «новые»: это назревшая необходимость.

На YouTube очень много сюжетов в связи с этим, и некоторые агентства говорят, что это реформа языка. Специалисты, которые занимаются языком, понимают, что это не мощное революционное преобразование, – вовсе нет: это совершенно естественный процесс, когда мы лишь уточняем какие-то формулировки, выявляем болевые точки в нашей языковой ситуации сегодня.

Болевые точки языка

– Что становится источниками болевых точек, что является материалом для изучения? Например, всем хорошо известный портал «Грамота.ру» (мы активно им пользуемся, прибегаем к нему в случаях затруднения) становится мощным архивом для специалистов, и можно сделать по запросам пользователей выборку не только социологическую (кто обращается), но и научную, когда мы понимаем, с какими вопросами туда обращаются, и по частотности этих вопросов мы можем сформировать те болевые точки в языковой повестке дня, чтобы на них отреагировать специалистам.

А можете привести пример таких болевых точек? Какие запросы встречаются чаще всего? Из Псковской области о чём спрашивают?

– Региональных данных сейчас у меня нет. Но мы понимаем, что в этом новом проекте свода орфографии и пунктуации, который должен быть утверждён к концу 2021 года, оказалось доработанным. Во-первых, это дефисные или раздельные написания.

Пол-апельсина, полмандарина, которые пишутся по-разному.

– Да, это хрестоматийные случаи. Но есть, например, такое наименование, как зиц-председатель – это управляющий, который не имеет права решающего голоса в компании.

Ещё проще – подставная фигура.

– Да, можно, наверно, и так сказать. Вопрос орфографический: как писать это «зиц» – либо через дефис, либо раздельно, либо вообще слитно? Либо удвоенные согласные в заимствованных словах – мы их пишем или нет? Также это наименования религиозных праздников.

Жареная картошка – жаренная с грибами картошка.

– Да. Вы приводите примеры очень распространённые. Я бы ещё раз сказала, что это хрестоматийные примеры. А есть действительно затруднительные случаи. Вот мы говорим «кэш» или «хэштэг», а пишем через «е». 29 ноября – день рождения буквы «ё». Но и буква «э» в этом смысле тоже оказывается уязвимой, потому что мы произносим «э», а пишем «е».

Как теперь правильно: рэпер или репер, флэш или флеш?

– Тенденция написания буквы «е», потому что «э» – это признак заимствованного слова. Когда заимствованное слово входит в систему заимствующего языка, оно проходит освоение как по пути произношения, по пути вхождения в грамматику языка, так и по пути написания (орфографическое освоение). И конечно, есть избегание признака заимствования: написание с «е» – это знак освоенности.

То есть рэпер теперь репер? Звучит немножко по-бабушкиному: «Это репер!»

– А вас никто и не просит произносить мягко, вы можете произносить твёрдые согласные, но на письме мы отражаем это с помощью буквы «е».

Кстати, окончательный вариант свода орфографии и пунктуации должен быть принят только в 2023 году, сейчас речь идёт только о правилах орфографии, и до конца 2021 года они должны быть утверждены. И они широко обсуждаются. Здесь каждый может высказать своё мнение вплоть до самого критического, когда люди против того, чтобы вводить слово «киллер» в своды правил. Но ведь мы понимаем, что реалия от того, что мы будем избегать этого написания, никуда не девается.

Можно я ещё спрошу про слова?

– Да, пожалуйста.

Они заимствованные, но с ними журналистам приходится часто сталкиваться последнее время. Одно слово – коллаборация, которая пишется через две «л», хотя звучит с одной «л». И второе слово – аффилированный, у которого то ли две «л», то ли две «ф». Почему эти слова, будучи заимствованными в русском языке, не упрощаются в написании?

– Может быть, они упростятся. Есть совершенно естественные процессы, когда заимствованные слова вообще получают новую жизнь. Мы пишем научные статьи – мы как авторы должны обязательно быть аффилированными с нашим высшим учебным заведением, иначе публикация не будет засчитываться.

Да, есть такие слова, и никто не говорит о том, что орфография должна быть проще. Мы как носители языка должны овладеть этими нормами.

Удвоенные согласные – это, конечно, трудность для носителя языка. Здесь у нас только один путь – обращаться к авторитетным источникам, запоминать, как пишется это слово, и следовать нормам.

Хранители норм

Филологов почему-то принято считать консерваторами, охранителями языка, которые против изменений: корова значит корова, коллаборация с двумя «л» и так далее. На самом деле вы и ваши коллеги из Псковского государственного университета кем себя ощущаете? Вы всё-таки консерваторы или, страшно сказать, либералы?

– Ни для кого не секрет: конечно, мы консерваторы. Мы изучаем норму. У студентов спрашиваешь: мы исследуем норму – а кто её устанавливает? Как узнать, что это норма, а это не норма? Кто вообще это определяет? Получается, что определяют специалисты? А на основе чего? На основе наблюдения за разговорно-речевой стихией. Потом эти наблюдения отражают в авторитетных источниках.

Другое дело, что мы все столкнулись с трудностью, когда источники не поспевают за изменениями, которые происходят в языке. Слово уже жизнь прожило в языке и ушло в пассивный словарный запас, а мы ещё только устанавливаем его написание. Мы стремимся показать студентам язык как живой, развивающийся процесс и отражаем тенденции, которые есть сегодня.

Вариативность, которая наблюдается в языке, – это признак освоения слова. Но тем не менее мы стремимся следовать нормам. Есть мнение Светланы Друговейко-Должанской: это крупный филолог, и она, кстати, входит в орфографическую комиссию, которая занималась разработкой нового свода правил орфографии. Она говорит, что пока существует образованная часть сообщества, которая стремится поддерживать традицию, пока у нас кофе мужского рода, то можно говорить о том, что никаких существенных изменений не произойдет.

Существует такое понятие, как шибболеты: это вообще библейское понятие, это речь, которая выделяет тебя среди сообщества таких же говорящих. Когда мы как преподаватели в среде, доступной для нас, воздействуя на нашу молодёжь, всё-таки следуем нормам – это, конечно, тоже признак консерватизма. Хотя наши преподаватели очень современные, они тоже и употребляют, и осваивают новые слова. Мы тоже вместе с носителями языка осваиваем новую лексику. Я у своих студентов часто консультируюсь, как правильно. Сегодня столкнулись со случаем выбора между формами «подкаст» или «подкастов»: спрашивала у ребят, и они уже как молодое поколение в этом смысле меня направляют.

Каким ещё словам вас научили студенты?

– Конечно, это связано со средой интернет-коммуникации в основном. И вообще, для меня, например, была трудностью фраза «в "Инстаграм"»: это что, профиль в «Инстаграм» или сама соцсеть? В общем, я в этом смысле отставший от молодого поколения товарищ, консерватор.

О чистоте речи и города

– Вопрос грамотности речи тоже стоит остро, но грамотность не снизилась никаким образом.

Не снизилась?

– Нет. Конечно, отмечаю это не только я, но и специалисты-филологи. Почему не снизилась? Всё зависит от того, о каком социальном сообществе мы говорим. Студент-филолог может отличаться от студента, например, технических специальностей.

Что происходит с грамотностью сегодня? Доступ к письменной коммуникации, к письменному самовыражению получили все, очень широкий круг носителей языка, а не только специально обученные люди. В связи с этим появляются сложности, и поэтому мы видим так много ошибочных написаний, сопровождающих внешние атрибуты города.

Насколько, на ваш взгляд, увеличился разрыв между устным и письменным русским языком? Раньше был (да и сейчас существует) письменный язык чиновников. Есть язык тех же мессенджеров с уже хрестоматийными «превед креведко» и так далее. И в то же время вы говорите, что устная речь осталась грамотной.

– Да. Но здесь каждый работает над собой. Мы в университете активно этим занимаемся. На каждом направлении подготовки, на первом курсе есть такие дисциплины, как русский язык и межкультурная коммуникация (раньше это была дисциплина «русский язык и культура речи»), когда мы всех студентов должны направить и не просто повторить эти нормы, а показать их реальное практическое применение. И здесь мы действуем в рамках артологии. Ты пришёл в больницу или в поликлинику и тот дискурс, который обслуживает эту сферу, тоже должен освоить: ты понимаешь, какие вопросы задаёшь в регистратуре, как должен отвечать.

А вот что касается разрыва письменной и устной речи, здесь всегда наблюдалось очень интересное взаимное влияние. Часто письменная речь влияет на устную, и в этом смысле нужно быть осторожными с письменным словом, да и вообще с любым словом, которое слетает с языка. Тем более написанное слово имеет очень мощное воздействие. Я сейчас говорю не о чём-то мистическом, а вообще о том, как слово воздействует на носителя языка.

Здесь хотелось бы рассказать о том, что мы в университете с 2016 года проводим акцию «Чистый город – хорошая речь!»: обращаем внимание на внешние атрибуты города: на лайтбоксы, вывески, баннеры, объявления – и замечаем с тревогой для себя, как много там реальных ошибок, орфографических и пунктуационных.

Например?

– Я хотела бы вас здесь заинтриговать и пригласить вступить в открытую группу в соцсети «ВКонтакте» «ЛингвоКонсультантПсков», где мы выставляем все фотоматериалы, зафиксированные в городе на протяжении долгого времени. И не затем, чтобы сказать, как всё плохо, как мы невнимательны к внешним атрибутам города, – вовсе нет. Наша задача – устранить ошибку. Но когда нас спрашивают: «А сколько реально вы баннеров исправили?» – мы понимаем, что не можем пойти и зачеркнуть эту ошибку – это будет деструктивное действие. Мы даём лингвистический комментарий. Мы – это студенты-филологи, преподаватели, которые активно приглашают студентов поучаствовать в этой акции.

В прошлом году мы получили поддержку администрации области в связи с этим, и это был даже проект, была финансовая поддержка, мы запускали рекламу в городе, то есть пытались обратить внимание носителей языка на проблему орфографической и пунктуационной безграмотности. Это тем более важно, потому что сейчас введён дизайн-код города. В связи с этим столько проблем у владельцев заведений, но почему-то никто не несёт ответственности за то, что написано, за содержание. Смотрят, на каком расстоянии вывеска расположена от окна и так далее, как это должно быть технически исполнено, но тревожно, что есть разрыв между содержательной частью и внешним проявлением.

Мы как энтузиасты предлагали свою консультационную помощь абсолютно безвозмездно, чтобы, например, заказчик рекламной продукции обращался в сообщество «ЛингвоКонсультантПсков» (мы даже его так специально назвали) и получал бесплатную консультацию на этапе создания рекламной продукции. Любой студент-филолог может дать квалификационную лингвистическую справку.

Есть пример из Великих Лук, где слово «Россия» написано с одной буквой «с». Мы понимаем, что это не ошибка неграмотности – это просто недосмотр. Но когда это баннер, растянутый в центре города, – это очень снижает впечатление от города. А у нас особый город, и, к сожалению, в его исторической части есть такие ошибочки.

Играть, но не заигрываться

Зинаида, как вы относитесь к тому, что в Пскове появляется всё больше различных мест, связанных с именами в литературе? Например, с Кавериным.

– Конечно, это хорошо, ничего в этом плохого нет. И тем более и имена неслучайные: например, Каверин с Псковом связан напрямую. Это тоже популяризация и имени, и уважения к творчеству, и воспитание молодёжи. Среда, в которой мы все пребываем, очень важна, она на нас очень влияет. Ты на остановке стоишь – что твой взор привлекает? Может быть, ошибочное написание. Этого надо избегать.

Кафе с каким названием не хватает в Пскове?

– Это больной вопрос. Я не хотела бы сейчас озвучивать те названия, которые мы критикуем в группе «ЛингвоКонсультантПсков»: боюсь, что это может сослужить плохую службу владельцам кафе, потому что это же часть имиджа заведения. Когда специфически называют учреждения, это пиар-ход, такая игра, но специфические наименования иногда вызывают неприятие носителей языка и даже критику, избегание этого заведения, хотя там могут изготовлять прекрасную продукцию.

Так всё-таки чьим именем ещё надо назвать кафе в Пскове?

– Затрудняюсь ответить. Я бы вряд ли могла выделить особые имена. Их много на самом деле. С этим вопросом я бы вам рекомендовала обратиться в научно-образовательный центр русского языка и культуры имени Маймина: им руководит Аида Геннадьевна Разумовская, которая проводит огромную работу в части и краеведения, и популяризации русского языка в России и за рубежом.

Мы проводим очень мощные мероприятия. В частности, 21 февраля проводим международный конкурс эссе, посвящённый родному языку, в котором участвуют из Белоруссии ребята, из Латвии, из Эстонии, наши ребята-школьники из области.

Очень важно, когда есть повод поговорить и подумать о родном языке, о его значимости для тебя лично. Мы обсуждаем грядущие изменения в орфографии, и их не надо воспринимать критически. Всё-таки есть соотношение между носителем и языком как данностью, которая лежит вне носителя языка: реформировать язык вообще невозможно в принципе. А есть ещё разговорно-речевая стихия, есть речь – и вот она связана с носителем языка. И это двуединство: язык без речи существовать не может. Мы как носители языка приходим в этот мир, овладеваем языком, что-то привносим в него, переживаем эти изменения, но когда нас не станет, язык с нашим исчезновением никуда не денется. Поэтому к этому надо относиться спокойно и даже с интересом, какие рекомендации, какие теоретические обоснования будут у тех или иных написаний. И конечно, если это уже будет нормой с узаконенной кодификацией, то мы ей должны следовать: это правила, которых избегать нельзя.

Корова останется коровой

В университете много иностранных студентов, которые носителями русского языка не являются. И получается, что у университета миссия их адаптировать к русской культуре. Как вы с ними работаете, как они адаптируются?

– Действительно, у нас много иностранных студентов, и уровень владения языком разный.

Вплоть до невладения.

– Есть и такое. У нас есть подготовительный факультет, подфак, руководит деятельностью этого факультета Наталья Сергеевна Молчанова, и там развёрнута мощная работа по адаптации ребят. И конечно, в методическом плане мы строим свою работу с ребятами на языковом материале, который одновременно обогащает самих ребят знаниями о нашем регионе. У нас есть студенты старших курсов, они пишут курсовые работы, выпускные квалификационные работы – даже пишут!

Это особый труд, и тут есть определённые сложности. Например, мы посвящаем курсовую работу национальным или даже региональным праздникам: вот День скобаря – как он отмечается в Пскове, что это за праздник? И разработка студента может быть связана вообще с участием в этом празднике. И это тоже приобщение к культуре региона, в котором оказались эти ребята.

К счастью, наш регион славится своей историей, и у нас есть что посмотреть. Конечно, здесь очень плотное взаимодействие преподавателя и студента, иногда это индивидуальная работа, очень кропотливая, и уже есть хорошие наработки методического плана, как это сделать максимально эффективно, как ребятам войти в среду – в университетскую и иной культуры, иного языка – и чувствовать себя уверенно.

У меня последний вопрос. Вы в гостях в Псковском агентстве информации, и у нас есть аббревиатура. И у нас иногда возникают дискуссии, как правильно: ПА́И или ПАИ́? Что скажете?

– Мне бы, наверно, спросить вас и ваших коллег, что чаще используют, какова частотность. Но для меня привычнее ПАИ́. А у вас?

Не скажу, а то запишут в сторонники одного из ударений. Напоминаю, что сегодня у нас в гостях Зинаида Митченко, преподаватель Псковского государственного университета. Сразу скажу, что наш разговор получится многосерийным, и в следующий раз мы обязательно поговорим об исследовательской составляющей работы ПсковГУ, например об исследовании псковских сказок.

– Да, хорошо. Единственное, я добавлю уточнение, что в связи с введением нового свода орфографии слово «корова» мы писать через «а» не будем, как это отмечает Светлана Друговейко-Должанская. Так что ничего катастрофического не произойдёт.

Читайте также: «Писать “корова” через “а” мы не начнём» – член Орфографической комиссии РАН о новых правилах русской орфографии

Источник: Псковское агентство информации

Также по теме

Новые публикации

Почувствовать себя первопроходцем и открывателем Русской Америки теперь может каждый, и для этого не нужно лететь на Аляску или в калифорнийский «Форт Росс». В Пензенской области, на родине исследователя Русской Америки Лаврентия Загоскина, вырубили из дерева копию первого русского форта на Аляске с казармами, амбарами и часовней, без которой русский человек не может обойтись, как бы далеко его ни забросила судьба.
В строительстве оборонительных Сурского рубежа и Казанского обвода в первые годы Великой Отечественной участвовали сотни тысяч человек. Сегодня секреты создания этого доселе малоизвестного рубежа обороны раскрывают историки и общественные организации.
Страны Прибалтики вкупе с Польшей и неожиданно примкнувшей к ним Финляндией в последнее время сделали резкий русофобский поворот в своей внешней политике. Российские эксперты обсудили причины этого обострения, положение русскоязычного населения в этих странах и отношения с Россией.
Что значит «охмурить»? Большинство проведёт аналогию между «охмурить – обольстить» («Она его в два счета охмурила, теперь бегает за ней»). Однако у слова есть не только другие значения, но и неожиданные родственники.
Фонд «Русский мир» уже несколько лет организует Летние школы для студентов вузов Донбасса. В этом году на учёбу в университеты Сочи и Твери приехали будущие преподаватели русского языка и литературы из Донецка, Луганска и Горловки.
Как правильно – не интересно или неинтересно, не важно или неважно? Наверняка с этим вопросом хоть раз сталкивался каждый пишущий. Однако решить эту лингвистическую задачку не составит труда, если вооружиться правилом.
«В латвийских политических условиях право на уроки русского языка и литературы приходится отвоевывать с боем. Русский язык и литература полностью вытесняются из системы школьного образования для того, чтобы ассимилировать русских. Или заставить их выехать», – пишет в своем эссе «От языка Союза к языку мира: зачем сегодня учат русский?» на XXII Международный Пушкинский конкурс «РГ» русист из Латвии Александр Филей.
Фонд «Русский мир» продолжает поддерживать международную программу Всероссийского детского центра «Океан» «Дети мира». В этом году смена проходила в рамках VII Международных спортивных игр «Дети Азии». «Океан» принял порядка 1300 ребят из Армении, Афганистана, Индии, Ирана, Казахстана, Киргизии, Ливана, Монголии, Пакистана, Таиланда, Туркмении, Узбекистана и России.