EN
 / Главная / Публикации / Сергей Иванов: заключив пакт с Гитлером, Сталин выиграл время для победы

Сергей Иванов: заключив пакт с Гитлером, Сталин выиграл время для победы

МИА «Россия сегодня»23.08.2019

23 августа 1939-го Москва подписала с Берлином нашумевший договор о ненападении и секретный протокол к нему. Сегодня многие западные историки и СМИ представляют это соглашение едва ли не как свидетельство преступного союза Сталина и Гитлера, поделивших между собой Восточную Европу. Но был ли у советского руководства выбор? Об этом рассуждает председатель попечительского совета Российского военно-исторического общества Сергей Иванов.

— Когда, почему и по чьей инициативе стали меняться отношения между СССР и Германией?

— В 1930-е годы СССР занимал четкую антифашистскую, а значит — антигерманскую позицию. Отношения с Германией стали постепенно меняться только после Мюнхенского сговора, причем инициативу проявил Берлин — сначала в форме зондажа позиции СССР. Однако советские руководители, ориентированные на создание коалиции с Англией и Францией, проявляли настороженность и не спешили идти навстречу немецким предложениям.

Фото 1. Вторжение немцев в Польшу. Фото: liveinternet.ru

По признанию серьезных — даже западных — историков, до середины августа 1939 года, вплоть до провала трехсторонних переговоров, Сталин был нацелен на создание антигитлеровской коалиции в составе СССР, Франции и Великобритании. В Советском Союзе прекрасно понимали, что внешнеполитическая концепция Третьего рейха напрямую связана, слита с нацистскими бреднями по поводу "жизненного пространства" не где-нибудь в Африке, а на Востоке: как говорил Гитлер, на славянских землях. Поэтому нашим главным врагом оставался Берлин.

Но что Сталину было делать в условиях неудачи переговоров с англичанами и французами и накануне вторжения немцев в Польшу? В сложившейся ситуации, когда продолжался вооруженный конфликт на Халхин-Голе, ему в первую очередь надо было думать о национально-государственной безопасности страны. Требовалось оттянуть начало войны с Германией. И почему СССР должен был первым вступить в войну с гитлеровской Германией, вопреки ясно декларированному мнению правительства Польши, и навязывать полякам свою защиту, посылать на смерть своих солдат ради спасения Польши, когда Великобритания и Франция воевать с ней не хотели?

— Почему все-таки провалились англо-франко-советские переговоры в Москве летом 1939 года? Нередко приходилось слышать, что советское руководство намеренно сорвало подписание соглашения с Англией и Францией и лишь имитировало переговорный процесс, чтобы побудить Гитлера к договору с СССР.

— Подобные обвинения звучали и звучат достаточно часто. Но стоит более детально ознакомиться с ходом англо-франко-советских переговоров, как становится ясна ошибочность подобных утверждений. Посмотрим внимательно: 18 марта британское правительство запросило Советский Союз и ряд других стран об их позиции в случае нападения Германии на Румынию. В ответ Москва предложила созвать международную конференцию с участием восточноевропейских стран, не считая возможным обсуждать с Великобританией судьбу Румынии или Польши без представителей этих, наиболее заинтересованных, государств. Тогда Лондон предложил подписать совместную декларацию — но Польша отказалась! А как подписывать декларацию в защиту Польши без самой Польши? В тот период никто не гарантировал, что Польша не уступит гитлеровскому нажиму и не примет требования Германии без войны. В результате такого развития событий Польша превратилась бы в вассала, младшего партнера Германии по агрессивной коалиции. Тогда вероятность объединенного нападения на СССР немецкой и польской армий, объединения военных потенциалов двух государств на общей враждебности к СССР становилась слишком высокой.

Фото 2. Министры иностранных дел Германии И. фон Риббентроп и Польши Ю. Бек. Фото: polskieradio24.pl

Напомню, что в январе 1939 года во время переговоров Риббентропа с Беком устами министра иностранных дел Германии Польше предлагалось, в сущности, именно это. Советская разведка, как мы сегодня знаем, информировала Кремль о содержании этих переговоров.

Тем не менее Москва предложила 17 апреля Лондону и Парижу заключить трехсторонний договор о взаимопомощи. Но камнем преткновения при переговорах по этому вопросу оставалась позиция и польского правительства, и правительств прибалтийских государств. У СССР не было с Германией общей границы. Как СССР мог вступить в войну с Гитлером, если и Польша, и прибалтийские государства устами своих дипломатов неоднократно заявляли в этот период, что "не позволят ступить на свою территорию ни одному солдату Советской России", если они наотрез отказывались вести разговор о каких-либо гарантиях своей независимости и территориальной целостности со стороны СССР.

Читайте также: Как Прибалтика стала советской. Новые документы проливают неожиданный свет 

Неконструктивная позиция этих государств, иррациональный антисоветизм польской элиты — вот что делало бессмысленным разговоры или даже подписание какой-то военной конвенции, предполагавшей создание новой Антанты по образцу Первой мировой войны в лице СССР, Франции и Англии. Тем не менее в Кремле до конца пытались что-то сделать — мы знаем, что британская и французская миссия все-таки доехали до Москвы в августе 1939 года. И только когда в ходе московских переговоров выяснилось, что ничего, кроме "декларации о намерениях" подписать не удастся, что согласия Польши принять советскую помощь не добиться, — только тогда в Кремле сделали выбор в пользу контактов с Берлином.

— Шла ли в окружении Сталина дискуссия о стратегии СССР в отношениях с Германией? Был ли в советском руководстве консенсус по поводу необходимости подписания договора о ненападении?

— В то время такие вопросы решал узкий круг руководителей страны. Кроме Сталина, в него входили Вячеслав Молотов, Андрей Жданов, Георгий Маленков и некоторые другие. Из военных надо назвать, прежде всего, наркома обороны СССР Климента Ворошилова. Анализ политического курса западных демократий и хода трехсторонних переговоров не оставил места для сомнений: англичане и идущие за ними французы стремились канализировать германскую агрессию на Восток.

Поэтому по вопросу о подписании договора о ненападении с Германией между высшими советскими руководителями был консенсус. Когда в ходе трехсторонних переговоров стало окончательно понятно, что военной конвенции с Англией и Францией заключить не удастся, СССР 19 августа подписал с Германией кредитное соглашение, а 23 августа — договор о ненападении и секретный дополнительный протокол к нему.

— На ваш взгляд, смогла бы Польша дождаться помощи Франции и Англии, если бы Красная армия 17 сентября не перешла ее восточную границу?

— Польша была обречена высокомерием своего собственного руководства, отвергавшего инициативы СССР по созданию системы коллективной безопасности в Европе, и нежеланием французов ее "спасать". К 17 сентября основные силы польской армии были разгромлены или агонизировали в окружениях; Варшава — центр военного и политического управления страной — отрезана немецкими войсками, правительство выехало в эмиграцию и уже готовилось к переходу границы; большая часть немногочисленного польского флота еще до начала боевых действий ушла на соединение с английским, отказавшись даже от попыток защиты собственного побережья.

О чем говорить, если уже 9 сентября польское руководство начало переговоры с Францией о предоставлении убежища для правительства? Значит, уже в эти дни они все поняли — и решили бежать. Кстати, из Варшавы президент Польши уехал в день начала войны — 1 сентября, 4 сентября началась эвакуация правительственных учреждений, 5 сентября выехало правительство, а в ночь на 7 сентября — главнокомандующий польской армией Эдвард Рыдз-Смиглы.

Фото 3. Сергей Иванов. Фото: fr.sputniknews.com

Если бы Англия и Франция действительно хотели помочь Польше, они без труда смяли бы слабый немецкий заслон на немецко-французской границе, где их превосходство было подавляющим, но они этого так и не сделали. Неслучайно эту часть войны на Западе называют "странной" или "сидячей": 21 ноября французское правительство создало в армии "службу развлечений", в парламенте обсуждался вопрос о выдаче солдатам дополнительных спиртных напитков, отменили налоги на игральные карты для "действующей" армии, закупили десять тысяч игровых мячей…

— Возможно, если бы не было польского похода, РККА было бы легче обороняться от немцев на уже подготовленной "линии Сталина"?

— Ни одна из линий обороны, созданных накануне Второй мировой войны в европейских странах, не оправдала себя: все, которые подверглись нападению, были в итоге прорваны либо сдались. В этой мобильной войне расстояния решали больше, чем рубежи. А если бы Германия готовила нападение на западной границе СССР образца 16 сентября 1939 года, шансы удержать Ленинград были бы призрачны, Минск и Киев пали бы еще раньше. Но самое главное — возможностей произвести эвакуацию оборонных предприятий было бы еще меньше, и даже продержись мы в этом случае в 1941 году, в 1942-м воевать нам было бы практически нечем.

Не будь пакта, в 1941 году немецким войскам не пришлось бы с боями проходить сотни километров в Западной Белоруссии и на Украине. Они начали бы наступление с гораздо более выгодных позиций и дошли бы до Москвы и Ленинграда еще раньше, чем это произошло в реальности. Устояла бы Москва в этом случае? Разменивая летом 41-го территорию на время, советское командование смогло отмобилизовать и вооружить многие десятки дивизий, которые в итоге и смогли стабилизировать фронт, а затем и отбросить немцев от Москвы.

— Какое влияние на советское общество оказал разворот в отношениях с Германией? В какой мере отказ от резкой критики нацистов дезориентировал общество и властную элиту в начале 1940-х?

— Коммунисты разных стран выражали недоумение по поводу прекращения критики нацистской Германии после заключения с ней договора о ненападении. Но публично против никто не выступил. Внутри страны люди также задавались этим вопросом. Хотя подавляющее большинство населения понимало, что договор с Германией был вынужденным шагом. Поскольку Германия оставалась нацистским государством с человеконенавистнической идеологией и агрессивными планами, не приходилось сомневаться в том, что договор с ней — временный маневр. Лучше всех это понимали военные.

Фото 4. Подписание Договора о ненападении между СССР и Германией. Фото: uenews.ru

— Как отреагировала Япония на советско-германский договор?

— Для японцев это стало шоком. Германия, не поинтересовавшись мнением своего союзника, подписала договор о ненападении с СССР в тот момент, когда японцы воевали с советскими и монгольскими войсками на Халхин-Голе. В результате правительство Японии ушло в отставку из-за договора, заключенного ее союзником!

Читайте также: На острие большой политики. 80 лет назад началось сражение на Халхин-Голе

Я считаю, что поражение на Халхин-Голе и советско-германский договор повернули вектор японской агрессии в южном направлении. Поступок Гитлера, внезапно пошедшего на заключение договора с СССР, обернулся понижением доверия Токио к фюреру Третьего рейха.

— Как известно, секретные протоколы к советско-германскому договору о ненападении были осуждены постановлением Съезда народных депутатов СССР от 24 декабря 1989 года. Не стоит ли в свете новых условий рассмотреть вопрос об отмене этого решения?

— Россия как государство — правопреемник СССР, безусловно, имеет возможность сделать это. Другое дело, что все негативные последствия от принятия этого постановления мы уже понесли, поскольку оно служило делу нашего дипломатического, идеологического и фактического разоружения перед Западом в перестроечную эпоху и в 90-е. Сейчас не должно быть никакой спешки в этом вопросе.

Историки, юристы могут заниматься исследованием ситуации и выносить свой вердикт столько времени, сколько на это потребуется, а уже на его основе наше общество либо самостоятельно, либо посредством законного представительства решит, как стоит относиться к секретным протоколам и стоит ли отменять постановление Съезда народных депутатов по данному вопросу.

— Сейчас на Западе часто снимаются фильмы, прямо или косвенно выставляющие Россию и СССР в негативном свете, последние примеры — "Курск" и "Чернобыль". Можно предположить, что и история подписания договора о ненападении может стать объектом такого спекулятивного сценария. Не стоит ли нам ответить и снять фильм, скажем, о "Мюнхенском сговоре" 1938 года?

— Названные вами примеры иллюстрируют не только тезис об антироссийском векторе этой кинопродукции, но и о ее коммерческой успешности. Зачастую спрос на такие фильмы у западной аудитории позволяет окупить затраты на их производство за счет широкого проката. Если удастся создать хороший сценарий по Мюнхену-1938 либо по какому-то другому факту и коммерчески успешно реализовать его, почему бы и нет. Но создавать дорогостоящий кинопродукт, просто чтобы уколоть кого-то на Западе, — это цель, не оправдывающая средств.

Источник: МИА «Россия сегодня»

Также по теме

Новые публикации

Профессия переводчика, помимо знания языков, требует от человека наличия таких качеств, как внимательность, ответственность и даже самоотверженность. В Международный день переводчика предлагаем вам рассмотреть разные стороны талантов тех, кто стирает границы между странами и людьми.
До нынешней осени мало кто в мире слышал о небольшом российском городе Кинель, что расположен неподалеку от Самары. В годы войны именно через станцию Кинель вглубь советской страны шли огромные составы с эвакуированными советскими гражданами, спасаясь от фашистов. И вот спустя почти 80 лет Кинель вновь оказалась на стыке человеческих жизней.
«Этот мир ослепительно новый. Столько лет ему, столько и нам», – пели в одном известном советском фильме. Русское географическое общество (РГО), несмотря на «преклонный» возраст, прекрасно помнит о том, что мир всякий раз по-новому открывается молодым. Накануне своего 175-летия РГО запустило проект молодёжных клубов за рубежом.
Историки стран СНГ напишут общий учебник по истории Великой Отечественной войны. Такое решение – в первый раз в 2018-м в Минске, второй раз в 2019-м Москве и в третий раз в 2020-м году в Киеве – принято Ассоциацией директоров институтов истории стран СНГ. Какой это будет учебник, и кто по нему будет учиться – вопрос остаётся открытым.
С 19 сентября по 4 октября в Лейпциге проходит Межкультурная неделя под девизом «Вместе жить, вместе расти» (Zusammen leben, zusammen wachsen), программа которой включает более 100 мероприятий: лекции, спектакли, концерты, кинопрограммы, дискуссии, консультации, встречи, ток-шоу, литературные чтения, фестивали.
Всемирный день туризма в этом году омрачён пандемией, но «охота к перемене мест» у людей неистребима. Об этом свидетельствуют письма, дневники, заметки отважных и наблюдательных людей, в разное время и с разными целями рискнувших отправиться в далёкое путешествие.
В Херсоне местное управление СБУ призвало городские власти отказаться от проведения музыкального фестиваля-конкурса «Бархатный сезон». Ситуацию прокомментировал организатор фестиваля Александр Кондряков  – руководитель украинской общественной организации «Русская школа» и президент Международного педагогического клуба.  
120 лет со дня рождения выдающегося лингвиста Сергея Ожегова исполнилось 22 сентября. Главным научным достижением Ожегова стал всем известный «Словаря русского языка», который только при жизни лингвиста выдержал шесть переизданий, и продолжал совершенствоваться и пополняться даже после смерти учёного.